На информационном ресурсе применяются рекомендательные технологии (информационные технологии предоставления информации на основе сбора, систематизации и анализа сведений, относящихся к предпочтениям пользователей сети "Интернет", находящихся на территории Российской Федерации)

Феномен ЧЕЛОВЕКа

65 подписчиков

Квантовый подход к феномену сознания

 

     Для разрешения концептуальных трудностей квантовой механики - «проблемы измерения», необходимо явным образом вклю­чить в нее сознание наблюдателя.

     В квантовом измерении можно выделить два аспекта, статус которых очень существенно различается. Первый аспект является общепризнанным и лежит в осно­ве всех квантовомеханических вычислений.

Суть его в том, что даже при точно известном состоянии измеряемой систе­мы квантовое измерение может иметь более одного исхода, и каждый характеризуется своей вероятностью. Для любых расчетов вполне достаточно такого описания измерения: в терминах множества альтернатив и распределения вероят­ностей на этом множестве.

     Однако наш опыт говорит о том, что в квантовом измере­нии имеется еще и второй аспект – выбор одного из альтер­нативных результатов измерения. Из су­перпозиции, компоненты которой соответствуют различным результатам измерения, сохраняется лишь одна компонента, остальные компоненты отбрасываются. Эта операция (отбра­сывания всех компонент суперпозиции, кроме одной) называ­ется редукцией состояния.

      Вот этот второй аспект квантового измерения, редукция состояния, и вызывает концептуальные трудности, или пара­доксы, квантовой механики. Причина этого состоит в том, что редукцию состояния (отбрасывание всех компонент супер­позиции, всех альтернативных результатов измерения, кроме одного) невозможно вывести в рамках квантовой механики. Поскольку в квантовой механике эволюция линейна (описы­вается линейным оператором или линейным уравнением), все компоненты суперпозиции должны сохраниться, ни одна из них не может исчезнуть. Процедура редукции является чуже­родной по отношению к квантовой механике, так как противо­речит линейному характеру эволюции любой квантовомеханической системы.

     Тем не менее, в квантовой теории измерений обычно при­нимается, что при измерении происходит именно такой пе­реход, редукция состояния, то есть при измерении обычный в квантовой механике линейный закон эволюции перестает действовать. Это предположение составляет содержание по­стулата редукции. Постулат редукции принимается для того, чтобы описать то, что реально наблюдается при измерени­ях квантовых систем классическими приборами. Однако по существу такое описание эклектически соединяет квантовую теорию с классической.

     Если считать квантовую теорию правильной и при этом быть последовательным, то нужно признать, что редукция вообще не может происходить и следует исключить ее из теории. Это и делается в концепции Эверетта, которую еще называют многомировой интерпретацией квантовой ме­ханики.

     Концепция Эверетта была предложена еще в 50-е годы. Сам Эверетт называл ее интерпретацией квантовой механики, основанной на понятии относительного состояния (relative state interpretation), однако позднее, после работ Уилера и Де-Витта, она стала называться многомировой интерпретацией (many-worlds interpretation). Это название связано с тем, что концепция Эверетта допускает существование многих (а фак­тически – бесконечного числа) классических реальностей, которые можно наглядно представлять себе как множество классических миров.

     Прежде всего, поясним интерпретацию (концепцию) Эве­ретта, Постулат редукции фон Неймана чужд квантовой механике. Он принят в ней, ценой эклектичности всей тео­рии, лишь для того, чтобы обойти концептуальные пробле­мы. При редукции фон Нейма­на от исходной суперпозиции (напри­мер при с1ψ1 + с2ψ2) остается лишь одна компонента (скажем, ψ1, а может быть, наоборот, ψ2). Но, в противоречие с этой картиной, линейность квантовой механики требует, чтобы все компоненты суперпозиции сохранились.

     Если быть последовательным, то не следует «портить» квантовую механику чуждым ей постулатом редукции, а, на­против, следует опираться на присущую ей линейность. То­гда приходится сделать вывод, что после взаимодействия, ко­торое мы называем измерением, состояние системы и прибора примет вид с1ψ1Ф1 + с2ψ2Ф2.Нельзя выбросить ни одной компоненты из этой суперпозиции (которая в общем случае мо­жет включать много или даже бесконечное число компонент, в зависимости от типа измерения). Но если не выбрасывать, то все компоненты суперпозиции нужно интерпретировать. Это и сделал Эверетт.

     В концепции Эверетта (а точнее – в эквивалентной ей многомировой интерпретации) предполагается, что различ­ные компоненты суперпозиции соответствуют различным классическим реальностям, или классическим мирам. Прини­мается, что эти реальности, или миры, совершенно равноправны, то есть ни одна (ни один) из них не более реальна (не бо­лее реален), чем остальные. В результате мы получаем картину многих миров в смысле Эверетта-Уилера-ДеВитта. 

     А как же быть с сознанием? Ведь каждый наблюдатель ви­дит лишь один результат измерения, в его сознании, казалось бы,  неизбежно происходит редукция, выбор одной компоненты суперпозиции из двух (или из многих). Не противоречит ли это концепции многих миров? Кажущееся противоречие разрешается очень просто: сознание наблюдателя как бы расщепляется (разделяется), так что в каждом из классических миров этот наблюдатель видит то, что в этом мире происхо­дит. Покажем это.

     Обозначим вектором  χ0 начальное состояние наблюдате­ля, когда он еще не осознал результаты измерения. Тогда состояние тройной системы (измеряе­мая система + прибор + наблюдатель) перед измерением опи­сывается как

 

(с1ψ1 + с2ψ20χ0

 

     Обозначим через χ1(соответственно χ2) состояние наблю­дателя в момент, когда он уже видит (осознает), что измере­ние дало результат 1 (соответственно 2). В этих обозначени­ях полная система (измеряемая система + прибор + наблю­датель) после измерения, но до осознания результата измере­ния, находится в состоянии

 

(с1ψ1Ф1 + с2ψ2 Ф20,

 

а после осознания – в состоянии

 

с1ψ1Ф1χ1+ с2ψ2Ф2χ2.

 

     Таким образом, сознание наблюдателя расслаивается, раз­деляется, в соответствии с тем, как квантовый мир расслаи­вается на множество альтернативных классических миров.

     В обычной (копенгагенской) картине измерения происхо­дит редукция состояния или, что то же, выбор одного аль­тернативного результата измерения из всех возможных. Это можно назвать выбором альтернативы. Все альтернативы, кроме выбранной, после редукции исчезают. Переходя к эве­реттовской интерпретации, мы видим, что редукции или вы­бора одной альтернативы (с отбрасыванием остальных) не происходит. Вместо этого происходит расслоение, или разде­ление, состояния квантового мира на альтернативные класси­ческие «реальности», или миры.

      Условно можно ска­зать, что сознание разделяется на компоненты, каждая из которых воспринимает лишь один классический мир. Сознание в целом разделяется меж­ду альтернативами, но индивидуальное сознание субъективно воспринимает лишь одну альтернативу. Каждая «компонен­та» сознания не знает, что существуют другие компоненты, и интерпретирует воспринимаемую ею картину как единствен­ную реальность. На самом же деле существует множество «ре­альностей», и ни одна из них не более (и не менее) реальна, чем остальные.

     Стоит напомнить, что никаких «многих классических ми­ров» на самом деле нет. Есть только один мир, этот мир кван­товый, и он находится в состоянии суперпозиции. Лишь каж­дая из компонент суперпозиции по отдельности соответству­ет тому, что наше сознание воспринимает как картину клас­сического мира, и разным компонентам суперпозиции соответствуют разные картины. Каждый классический мир пред­ставляет собой лишь одну «классическую проекцию» кванто­вого мира. Эти различные проекции возникают в сознании на­блюдателя, которое «разделяет» квантовый мир. Сам кванто­вый мир существует как единое целое независимо от какого бы то ни было наблюдателя.

     Если говорить «различные компоненты суперпозиции» вместо «различные классические миры», то исчезают многие недоразумения. И до измерения, и после него существует один единственный вектор состояния, описываю­щий состояние квантового мира.

     Излишне упрощенным является не только представление о «ветвлении» мира, но и о том, что измерение происходит в определенный момент времени сразу во всех точках конечной области (в которой отлична от нуля волновая функция из­меряемой системы). Такое представление несовместимо, на­пример, со специальной теорией относительности, в которой одновременность событий в различных точках вообще нельзя определить.

      Концепция Эверетта – это лишь иная ин­терпретация квантовой механики, но не иная квантовая меха­ника.

     На первый взгляд кажется, что многомировую интерпре­тацию невозможно подтвердить или опроверг­нуть экспериментом, и в некотором смысле это действительно так.

     По этой причине некоторые последователи Эверетта пред­лагали модифицировать его концепцию таким образом, чтобы она стала проверяемой. Однако, даже без всякой модификации концепцию Эверетта можно проверить экспериментами или, скорее, наблюдениями, особого рода: на­блюдениями над индивидуальным сознанием.

     Требуется как-то объяснить, почему наблюдатель всегда видит лишь одну альтернативу, тогда как кван­товая механика не разрешает переход, при котором из всех альтернатив остается лишь одна.

                   Если объективно выбора одной альтернативы не про­исходит, а наблюдатель, тем не менее, всегда осознает лишь одну альтернативу, значит, выбор альтернативы происходит в сознании наблюдателя.

     Эта мысль не является новой. И Эверетт, и многие его по­следователи в той или иной форме признают, что выбор аль­тернативы связан с сознанием. Однако, в отличие от других авторов, мы усилим это положение и будем предполагать, что не просто существует связь между двумя различными явле­ниями или понятиями, а эти явления, которые кажутся раз­личными (хотя и связанными), на самом деле тождественны друг другу. Другими словами, мы предполагаем, что выбор альтернативы должен быть отождествлен с сознанием. 

  Гипотеза отождествления:

               Свойство человека (и любого живого существа), назы­ваемое сознанием, – это то же самое явление, которое в квантовой теории измерений фигурирует как редукция состояния или выбор альтернативы, а в концепции Эверетта – как разделение квантового мира на класси­ческие альтернативы.

     Гипотеза отождествления, о которой мы сейчас говорим, тесно связана с такими вариантами интерпретации Эверет­та, в которых фигурирует понятие «многих разумов» (many minds). Иногда этим вариантам интерпретации Эверетта при­сваивают отдельное название: «интерпретация многих раз­умов» (many-minds interpretation). Но предлагаемая гипотеза по нашему мнению легче для понимания и более плодотвор­на. Она естествен­ным образом ведет к объяснению целого класса явлений в обла­сти сознания, явлений удивительных и до сих пор не объяс­ненных.

     На первый взгляд шаг, который делается, если мы прини­маем гипотезу отождествления, невелик. Однако на самом де­ле он позволяет совсем по-новому посмотреть на соотноше­ние между квантовым измерением и сознанием наблюдателя. Что же именно меняется, если мы отождествляем разделение альтернатив и сознание?

              В рамках интерпретации Эверетта всегда предполага­лось, что эти явления, принадлежащие качественно раз­личным сферам, тем не менее связаны друг с другом. Те­перь, принимая гипотезу отождествления и тем самым расширяя концепцию Эверетта, мы считаем, что это про­сто одно и то же явление. Значит, раньше две сферы, квантовая механика и психология, не имели никаких об­щих элементов (хотя между ними и существовала некая функциональная связь), а теперь у них есть общий эле­мент – сознание. Сознание оказывается общей частью квантовой физики и психологии, а тем самым – общей частью естественнонаучной и гуманитарной сфер позна­ния.

     Уточним несколько это утверждение. Общую часть кван­товой физики и психологии, которую в контексте кванто­вой физики можно назвать разделением альтернатив, следу­ет отождествить лишь с самым глубоким (или самым прими­тивным) пластом сознания. Этот пласт сознания лежит как бы «на границе сознания» и тесно связан с явлением осознавания, т. е. с переходом от состояния, когда нечто не осознано, к со­стоянию, когда оно осознано. Для упрощения терминологии мы будем называть эту общую часть квантовой физики и пси­хологии просто сознанием.

     В квантовой механике редукция состояния при измерении не поддается пониманию, вызывает концептуальные пробле­мы. Точно так же, остается непонятным феномен сознания. Различные проявления созна­ния (такие, как распознавание образов, обработка зрительной информации и т. д.) очень хорошо изучены. Однако сама суть сознания, то, что отличает состояние сознающего субъекта от состояния мертвой материи, остается тайной, одной из вели­чайших тайн. Возможно, что при отождеств­лении этих явлений они станут более прозрачными, «объяс­нят друг друга».

     Если принять отождествление сознания и разделения аль­тернатив, то есть двух явлений из качественно различных сфер, то становится правдоподобным, что при обычном подхо­де, без отождествления, эти явления и не могли быть поняты. Понимание в этом случае не достигается потому, что анализ каждого из этих явлений производится в рамках лишь одной из этих двух сфер и тем самым упускается важный аспект изу­чаемого явления, лежащий в другой сфере.

     До сих пор, говоря об измерении, мы для простоты име­ли в виду мгновенные измерения. На самом деле при более общем и бо­лее реалистическом описании измерения следует учитывать его длительность, то есть рассматривать измерение как непре­рывное. В случае непрерывного измерения можно представ­лять результат измерения как коридор путей, описывающих эволюцию системы и ее окружения.

     Переход к непрерывным измерениям важен в том смысле, что альтернативой является в этом случае не состояние систе­мы и прибора в определенный момент времени, а эволюция си­стемы и ее окружения в течение интервала времени.

     Для большей наглядности можно представлять себе эво­люцию квантовой системы как движение квантовой частицы. Это на самом деле вполне адекватный образ, потому что сколь угодно сложная система представляется значениями своих координат, то есть точкой в многомерном пространстве. Изменение состояния этой системы с течением времени выгля­дит тогда как движение этой точки.

     Если система классическая, то ее эволюция представляет­ся движением точки (частицы) по определенной траектории, или пути. Путь, который выбирает классическая система, на­зывается классической траекторией. Он находится по извест­ным законам, в простейшем случае — с помощью известного из школьного курса закона Ньютона. Квантовая система движется иначе: «одновременно» по всем возможным путям (это соответствует фейнмановскому интегралу по путям).

     Случай квантовой системы, подвергающейся непрерыв­ному измерению, является промежуточным между класси­ческой и квантовой картинами. Если система подвергается непрерывному измерению, то этим измерением ее путь ча­стично становится известным. Это значит, что из всех воз­можных путей, по которым могла бы двигаться система, выделяется пучок, или коридор, путей. Таким образом, коридор путей α представляет результат измерения. Множество аль­тернативных результатов измерения представляется множе­ством коридоров {α}. Так же, как в случае мгновенного изме­рения, для каждого коридора α (то есть для каждого результа­та непрерывного измерения) можно найти соответствующую ему вероятность.

     Коридоры путей по отношению к квантовомеханическим процес­сам играют ту же роль, что процедура редукции по отношению к со­стояниям квантовых систем. Эволюция квантовой системы описыва­ется интегралом по всем возможным путям, что можно представить как сумму по всем возможным коридорам путей {а}. Если система подвергается непрерывному измерению, то с учетом результата это­го измерения ее эволюция представляется интегралом по некоторо­му конкретному коридору путей α.

     Тем самым эволюция системы подвергается «проектированию» в соответствии с результатом непрерывного измерения. Это совер­шенно аналогично тому, как при редукции фон Неймана состояние системы проектируется в соответствии с тем, какой результат дало мгновенное измерение этой системы. И так же, как мгновенное измерение характеризуется альтернативными состояниями системы {ψiФi}, непрерывное измерение характеризуется семейством альтер­натив {α}, каждая из которых представляется коридором путей. Так же, как и для мгновенных измерений, различные альтернативы ха­рактеризуются вероятностями, которые могут быть рассчитаны на основе квантовой механики.

     Важно, что в случае достаточно широких коридоров каждая из альтернатив описывает квазиклассическое движение системы, а соответствующий коридор а приближенно представляет некоторую классическую траекторию. Эволюция квантовой системы, спроектированная на такой коридор, остается квазиклассической, то есть в значительной степени предсказуемой.

     В то же время полностью устранить квантовые эффекты нель­зя. Это сказывается в том, что квантовые коридоры α, совпадающие на некотором отрезке, в целом могут различаться. Для классических траекторий (в отличие от их приближенного представления коридо­рами) это не так: задание некоторого отрезка классической траекто­рии полностью определяет всю траекторию в целом.

     Примером квазиклассического квантового состояния является когерентное состояние семейства фотонов, максимально близкое к состоянию классической волны. Суперпозиция когерентных состо­яний с сильно отличающимися характеристиками, наоборот, неста­бильна и очень быстро распадается с образованием когерентных (то есть близких к классическим) состояний. Такие быстро распадающи­еся существенно неклассические состояния реально создают в лабо­ратории. Поскольку каждое из них представляет собой суперпози­цию состояний, близких к классическим, такие суперпозиции назы­вают шредингеровскими котами (по аналогии с суперпозицией жи­вого и мертвого кота в парадоксе, предложенном Шредингером).

     Отталкиваясь от такой точки зрения, взаимоотношение между квантовым и классическим мирами выглядит совершенно иначе, чем обычно. Обычная интерпретация взаимоотношений этих миров иллюстрирует­ся следующей схемой:

Квантовый вектор состояния

Классическая реальность

Классический мир – это то, что мы наблюдаем, поэтому он интерпретируется как реальность. Квантовый же мир (век­тор состояния, или волновая функция) существует лишь как некоторый математический образ, позволяющий предсказать классическую реальность, да и то лишь вероятностным обра­зом. Во всяком случае, при таком подходе кажется неправиль­ным интерпретировать квантовый мир как объективно существующий.

     Если же принять интерпретацию Эверетта, дополнив ее вдобавок гипотезой, что разделение квантового мира на аль­тернативные «классические реальности» — это то, что мы вос­принимаем как сознание, тогда возникает совершенно другая схема взаимоотношений квантового и классического миров:

        Объективный квантовый мир

         Иллюзия классической реальности 

В этой схеме квантовый мир объективен, потому что он не зависит от сознания. Он существует в форме параллельных классических миров, каждый из которых не менее и не более  реален, чем все остальные. По существу каждый из «классических миров» представляет собой лишь одну из альтернатив­ных «классических проекций» квантового мира. 

квантовый мир                    

 

Рис. Классическая реальность возникает в сознании как выбор одного из альтернативных результатов измерения и представляет со­бой взгляд на квантовый мир с одной из возможных точек зрения. В квантовом мире все альтернативы объективно существуют. В созна­нии тоже все они сосуществуют, но разделены.

 

     «Реальность» одного классического мира, каким-то обра­зом выбранного из всего множества альтернативных эвереттовских миров, оказывается вполне иллюзорной: ведь этот мир является лишь образом, возникающим в сознании. Ес­ли сознание видит один из эвереттовских миров, то остальные миры при этом вовсе не перестают существовать, а ока­зываются другими образами, также существующими в созна­нии как другие «классические компоненты» этого сознания. Представление о том, что лишь один, выбранный сознанием, мир реален, - это лишь иллюзия, возникающая в сознании наблюдетеля. Эта иллюзия вполне подобна другой, широко из­вестной иллюзии — что Солнце вращается вокруг Земли.

     Такие взаимоотношения можно проиллюстрировать ри­сунком, на котором квантовый мир символически изоб­ражен как некоторая сложная объемная фигура, а то, что мы называем «классической реальностью», соответствует лишь одной из проекций этой фигуры. Работа сознания состоит в том, чтобы отделить каждую из возможных проекций от всех остальных, однако одна проекция ни в какой мере не отобра­жает всей сложности объективно существующего квантового мира.

     На вопрос, что же такое разделение альтернатив, мы те­перь можем ответить: это осознавание наблюдателем кван­тового мира. На вопрос, что же такое осознавание, то есть «включение» сознания, мы можем ответить: это то самое, что в физике представляется разделением единого квантового мира на классические проекции (которые в сознании изолированы друг от друга).

     С точки зрения философии отношение к сознанию (вто­рично оно или первично по отношению к материи) характе­ризует различие между материализмом и идеализмом. Физи­ки и вообще естествоиспытатели в большинстве своем склон­ны, разумеется, к материализму. Однако многие физики, в том числе Паули и Вигнср, приходили к выводу, что квантовая ме­ханика, которая вынуждена включить в рассмотрение созна­ние наблюдателя, несовместима с материализмом. В интер­претации Эверетта сознание трактуется таким образом, что вопрос о его первичности или вторичности приходится рас­сматривать иначе, чем обычно. Новое понимание сознания оказывается как бы «на границе» материализма и идеализма и связывает эти два философских направления, вопреки об­щепринятому убеждению в их несовместимости.

     Вспомним, что в многомировой интерпретации квантовый мир заключает в себе (в качестве компонент суперпозиции) альтернативные классические миры, которые фактически яв­ляются различными его проекциями. Посмотрим, как в этой концепции звучит вопрос о соотношении сознания и материи.

     В развиваемой концепции под материей естественно по­нимать неживые физические системы, а также тела живых су­ществ, рассматриваемые как совокупность атомов, элементар­ных частиц и других «единиц материи», то есть тоже как фи­зические системы. Сознание определяется в этой концепции лишь как некоторое явление: разделение альтернатив = осо-знавание. Что же из них первично, а что вторично, то есть в каком-то смысле порождается первичным?

     Границу между измеряе­мой системой и прибором (Heisenberg's cut) можно провести как угодно далеко, то есть включить в измеряемую систему и тело (в том числе мозг) наблюдателя. При этом редукцию со­стояния все же не удается вывести из законов материи, то есть сознание всегда остается за этой границей. Поэтому сознание (его глубинный слой, «осознавание») вряд ли можно «выве­сти» из свойств материи. Тем более из явления сознания, то есть из разделения альтернатив, нельзя «вывести» свойства материи, то есть законы квантовой механики. Получается, что материя и сознание являются независимыми друг от друга и в некотором смысле дополняют друг друга. Вопрос о первично­сти или вторичности сознания кажется в этом случае некор­ректным.

     Можно несколько иначе понимать слова «первично» и «вторично», называя вторичным то, что является частью пер­вичного или в каком-то смысле подчинено ему, играет вспо­могательную роль, не является самодостаточным. Как в этом случае выглядит вопрос о первичности или вторичности сознания? Это зависит от того, что понимается под реальностью, то есть под «всем существую­щим».

     Наиболее естественно в рамках развиваемой концепции понимать «все существующее» как квантовый мир, описывае­мый полным вектором состояния. Тогда этот квантовый мир, то есть материя, окажется первичным, а индивидуальное со­знание, выделяющее одну альтернативу, следует считать вто­ричным. Более того, даже «полное» сознание, которое не вы­деляет единственной альтернативы, а лишь разделяет кванто­вый мир на альтернативы, все же окажется вторичным. Ведь операция разделения на альтернативы может быть определе­на лишь после того, как определен полный вектор, который подлежит разделению. В этом смысле материя первична, а со­знание вторично.

     Это больше напоминает материализм. Однако, во-первых, в этом рассуждении понимание первичности и вторичности является иным, чем обычно при определении материализма, а во-вторых, даже при этом вывод о вторичности сознания сделан на основе того, что «все существующее» определяет­ся как квантовый мир, соответствующий полному вектору состояния.

      Вывод изменился бы, если бы мы исходили из другого понимания того, что есть «все существующее». С точки зре­ния (быть может, наивного) здравого смысла «все существу­ющее» - это то, что может видеть наблюдатель или различ­ные наблюдатели, имеющие возможность сравнивать свои на­блюдения. Это как раз то, что в рамках развиваемой концеп­ции мы называем (одной) классической реальностью или (од­ним) эвереттовским миром. Поскольку в данной концепции классические реальности порождаются сознанием, то созна­ние оказалось бы в этом случае первичным. Более того, пер­вичным оказалось бы индивидуальное сознание, которое ви­дит одну классическую реальность, один эвереттовский мир, а «наивный» наблюдатель или «наивный философ» именно эту единственную наблюдаемую реальность отождествляет со «всем существующим». Правда, такое понимание кажется от­ступлением назад от концепции Эверетта, так что быть может рассматривать его в рамках этой концепции не следует.

     Общий вывод, по-видимому, состоит в том, что из-за спе­цифического понимания сознания в расширенной концепции Эверетта отнесение этой концепции к материализму или иде­ализму лишается смысла или по меньшей мере становится относительным.    

     Согласно интерпретации Эверетта, имеется бесконечное множество миров (классических «реальностей»), каждый из которых характеризуется некоторой вероятностью (или, в слу­чае непрерывного множества, плотностью вероятности). Рас­пределение вероятностей рассчитывается по обычным квантовомеханическим правилам.

Поэтому в ре­альных экспериментах, наблюдаемых данным индивидуаль­ным сознанием, предсказания, которые дает квантовая меха­ника, будут всегда подтверждаться (статистическим, вероят­ностным образом).

Наиболее радикальное предположение состоя­ло бы в том, что сознание может влиять на распределение ве­роятностей, модифицировать его. Некоторые авторы прини­мали такое радикальное предположение.

     Вывод о том, что распределение вероятностей альтерна­тив однозначно фиксировано законами квантовой механики, не подлежал бы сомнению, если бы выбор одной из альтерна­тив был одним из тех законов физики, которые объективны и не зависят от сознания наблюдателя. Однако в рамках концеп­ции Эверетта разделение на альтернативы производится сознанием (или даже более определенно: разделение на альтер­нативы – это и есть сознание). Даже классический характер альтернатив выглядит не как за­кон природы, а как необходимое условие для существования живых существ.

     Вполне естественно предположить, что сознание может влиять не только на характер альтернатив, но и на их веро­ятности, точнее – на вероятности того, какую альтернативу будет наблюдать индивидуальное сознание.

     В случае бесконечного множества эвереттовских ми­ров распределение вероятностей не обязано быть универсаль­ным, определение различных вероятностных распределений на этом множестве вполне допустимо. Но тогда и предполо­жение о влиянии сознания на распределение вероятностей не является внутренне противоречивым. Сделаем важное уточнение формулировки: со­знание данного наблюдателя может сделать вероятным, что он увидит это событие.

     Если на самом деле сознание человека обладает способ­ностью модифицировать вероятности попадания его в ту или иную классическую реальность, то это, разумеется, очень важ­но. Хотя и с оговорками, но можно сказать, что в этом случае каждый сам выбирает мир, в котором он живет.

     Кроме предположения о возможном влиянии сознания на вероятности альтернатив, в рамках расширенной концепции Эверетта оказывается правдоподобной еще одна радикальная гипотеза. Она подсказывается тем, что в концепции Эверетта сознание охватывает весь квантовый мир, то есть все его «классические проекции». Ведь согласно развиваемой концепции сознание – это разделение альтернатив, но не выбор од­ной из них с отбрасыванием остальных. В свете этого пред­ставляется вполне возможным, что индивидуальное сознание, которое живет в некотором эвереттовском мире (в некоторой классической реальности), при определенных условиях может выходить тем не менее в квантовый мир в целом, «заглядывать» в другие (альтернативные) реальности.

     Есть образ, который наглядно иллюстрирует разделение сознания между альтернативными классическими реально­стями: это шоры, которые надеваются на лошадь, чтобы она не могла смотреть в сторону и сохраняла направление движения. Точно так же сознание надевает на себя шоры, ставит «перегородки» между различными классическими реальностя­ми. Это делается для того, чтобы каждая «классическая ком­понента» сознания видела лишь одну из этих реальностей и принимала решения в соответствии с информацией, идущей лишь из одного классического (а значит, относительно стабильного и предсказуемого, т. е. пригодного для жизни) ми­ра. Наличие перегородок целесообразно с точки зрения суще­ствования жизни.

     Без этих перегородок сознанию представал бы весь кван­товый мир, в котором, из-за его непредсказуемости, нельзя было бы выработать стратегии выживания. Поэтому перего­родки между классическими реальностями так же полезны для сознания, как шоры для лошади. Однако лошадь, на ко­торую надели шоры, все же может, отклонив голову, взгля­нуть в сторону, так как что-то, на что можно взглянуть, реаль­но существует не только впереди нее. Так и индивидуальное сознание (компонента сознания), хотя оно живет в некоторой определенной классической реальности, может, несмотря на перегородки, заглянуть в другие реальности, в другие эвереттовские миры, потому что согласно концепции Эверетта эти миры реально существуют. Вот если бы «других» реальностей вообще не было (если бы они исчезли в результате редукции), тогда заглядывать было бы просто некуда.

     Оговоримся еще раз, что приведенное рассуждение не до­казывает возможности заглянуть в другие реальности, но до­казывает, что такая возможность в принципе может существо­вать, что в рамках (расширенной) концепции Эверетта она не запрещена. Если такая возможность действительно существу­ет, и если человек может ее реализовать, то он оказывается способен не только мысленно представить (что, конечно, всегда возможно), но также непосредственно воспринять некую «другую реальность», в которой он тоже мог бы оказаться.

     Можно даже качественно охарактеризовать то состояние сознания, котором возможен контакт с другими реальностя­ми. Заглянуть в другие альтернативы (или, что то же, выйти в квантовый мир) удастся лишь в том случае, если перегород­ки между альтернативами исчезают или становятся проница­емыми. Согласно рассматриваемой концепции появление перегородок (разделение альтернатив) – это не что иное как осознавание, то есть появление сознания, его «начало». Но то­гда и наоборот, перегородки исчезают (или становятся про­ницаемыми) «на границе сознания», когда сознание почти ис­чезает. Такие состояния обычно называют трансом. Именно такого рода состоянием является медитация, являющаяся основным элементом восточных психологических практик.

 

По книге доктора физико-математических наук Михаила Менского из Физического института им. П.Н. Лебедева РАН «Человек и квантовый мир: Странности квантового мира и тайна сознания»

На фото: Чарльз Мизнер, Хейл Троттер, Нильс Бор, Хью Эверетт и Дэвид Харрисон. Встреча в Принстонском университете, 1954 год. Изображение «Наука и жизнь»

Картина дня

наверх